 |
Перед нами все сыщики Скотленд Ярда в полном составе, за одним исключением. Они садятся полукругом (по одному инспектору с двух концов), поодаль от круглого стола, лицом к редакционному дивану...
А правда хворала то. Си иль но хворала. Но это в то же время, как Макара взяли. А вижу вроде я в тятином дому то лежу на кровати...
Я почему-то привык считать, что Нью-Йорк - ее единственный дом. - В Сан-Франциско, - сказала она...
Другие книги автора:
Девкалион
Прикованный к скале Прометей имел сына, царствовавшего в Фессалии. Его звали Девкалион.
В это время люди с помощью Прометеева огня принялись за дела, которые не могли нравиться Зевсу: осушали моря и когда небо покрывалось густыми солеными облаками строили такие огромные башни, что они мешали земле крутиться вокруг солнца, заставляли слушать себя всех зверей, не только ручных, но и диких. Набожный Девкалион много раз пытался останавливать их, но они в ответ только грозили ему и даже хотели прогнать. Наконец, совсем огорченный, он пошел посоветоваться с отцом. Прометей со своей скалы видел много из того, что делается на небе, да и орел не только клевал его печень, а нет-нет, и рассказывал о чем подумывает Зевс. Карабкаясь по отвесным скалам, Девкалион услышал пенье, которым узник коротал свое время. На этот раз он пел:
Гибель близка человечьей породы,
Зевс поднимается ныне на них.
Рухнут с устоев шумящие воды,
Выступят воды из трещин земных.
Смерти средь воя и свиста и стона
Не избежит ни один человек,
Кроме того, кто из крепкого клена
Bo-время выстроит верный ковчег.
В этот миг мелькнула широкая тень, это орел яростно бросился на поющего, он не любил мелодии человеческого голоса. Девкалион не стал дожидаться и, поспешно спустившись, направился к себе. Но когда он собрал своих подданных и приказал им выстроить кленовый ковчег, они подняли его насмех. «Строить надо из камня и железа, — говорили они, — а деревья годны лишь для того, чтобы гулять между ними весной, а зимой топить ими печи». А в рассказ о приближающемся потопе и вовсе не поверили.
Страницы: (1)
Тем временем:
...
Стаис устало закрыл глаза. С тех пор как он попал в Аккру, он только и
делал, что валялся на койке, спал и грезил, слушая рассказы Уайтджека.
- Привет! - сказал Уайтджек, когда два дня назад Стаис медленно вошел в
казарму. - Куда путь держите?
- Домой, - ответил Стаис, в который раз устало при этом улыбаясь. - А
вы?
- Не домой. - Уайтджек чуть усмехнулся. - Совсем не домой.
Стаису нравилось слушать Уайтджека. Уайтджек рассказывал об Америке, о
лесах Голубого хребта, где он служил в лесничестве, о стряпне матери и о
своих потрясающих собаках, которым не было равных в умении брать и держать
след, о том, как со среднего бомбардировщика он пытался в горах охотиться
на оленя (ни черта не выходило - со дна ущелий поднимались вихри), о
пирушках по выходным дням в лесу со своим другом Джонни Маффетом и с
девчонками с мельницы из соседнего местечка. Девятнадцать месяцев Стаис не
был в Америке, и рассказы Уайтджека переносили его в родные места, такие
милые и почти осязаемые.
- Жил у нас в городке человек по имени Томас Вулф, - начал в то утро
Уайтджек ни с того ни с сего. - Это был здоровенный парень, и отправился
он в Нью-Йорк, чтобы стать писателем. Может, слышали о таком?
- Слыхал, - отозвался Стаис. - Я читал две его книжки.
- Ну вот, прочел и я его книжку, - продолжал Уайтджек, - ту самую, и
жители нашего городка сначала просто вопили, так им хотелось его
линчевать, но я все-таки прочел его книжку, и в ней он разделал наш
городок в пух и прах, и когда его привезли обратно мертвым, я спустился с
гор и пошел на его похороны. Уйма знаменитостей явилась из Нью-Йорка в
Чеппел-Хил хоронить его, жарко было, и хоть я никогда не встречал этого
парня, на я прочел его книжку и чувствовал, что это правильно - прийти на
его похороны. Весь городишко был там, притихший, а пять лет назад они
просто вопили, так им хотелось его линчевать. Это было грустное и
впечатляющее зрелище, и я рад, что пошел тогда...
ресурс Гумилев Николай Степанович
