 |
Его широкое, прекрасное наивной старостью и смелыми, но добродушными глазами лицо делалось все растеряннее по мере того, как он приближался к ..
И тихо - это чувствовалось, замечалось сразу. Слышно было, как дышит земля, словно выходя из-под наркоза, словно она не знает еще, не верит, что проснулась...
Здравствуйте, леди Уиндермир. Леди Уиндермир. Здравствуйте, лорд Дарлингтон. Нет, руку подать не могу. У меня все руки мокрые от этих роз...
Гибка металла.
Гибкой металла называют процесс, в итоге которого на листогибах из заготовки выходит деталь нужных размеров и формы. В ЗАО СПК «Рушар» предлагают изготовление даже самых не простых элементов из листового металла. Современные листогибы, которые управляются профессиональным программным обеспечением, позволяют производить детали из металлов любых размеров и любого сплава.
www.rushar.ru
Другие книги автора:
Мои размышления над творчеством Н. Гумилева
Судьба, личность и творчество Николая Степановича Гумилева вызывают сейчас большой интерес. Это неудивительно, так как его творчество полно смелости, новизны, остроты чувств, взволнованной мысли. Гумилев был необоснованно причислен к участникам контрреволюционного движения и расстрелян в 1921 году (ему было 35 лет).
Свое первое стихотворение “Я в лес бежал из городов...” Гумилев опубликовал в журнале “Тифлисский листок” в 1902 году, то есть в 16 лет. В 1905 году появилась книга стихов “Путь конкистадоров”. “По выбору тем, по приемам творчества автор явно примыкает к "новой школе" в поэзии. Но пока его стихи — только перепевы и подражания, далеко не всегда удачные”, — писал В. Брюсов о первом поэтическом сборнике Гумилева, который был выпущен, когда Николай еще учился в гимназии. В какой-то мере Брюсов был прав. И все-таки юношеские, “конкистадорские” стихи имели свой настрой. Новый подход Н. Гумилева к миру виден в следующих строках:
Как смутно в небе диком и беззвездном!
Растет туман, но я молчу и жду,
И верю, я любовь свою найду...
Я конкистадор в панцире железном.
“Конкистадор” завоевывал не земли, не страны, а новую любовь, проникая в “тайны дивных снов”, добывая звезды с “заснувшего небосклона”. Его первые стихотворные опыты несут на себе отпечаток символистской поэзии: “голубая высота”, “вечное блаженство мечты”, “чары красоты”.
В 1908 году выходит вторая книга Гумилева “Романтические цветы”, в которой духовные запросы поэта получили дальнейшее развитие. Здесь чувствуется жажда сильных и прекрасных чувств: “Ты среди кровавого тумана к небесам прорезывала путь...”. Но теперь желаемое видится лишь в грезах, видениях. Сборник волнует грустным авторским ощущением непрочности высоких порывов, призрачности счастья в скучной жизни и одновременно стремлением к прекрасному.
Большинство стихотворений Гумилева обладают спокойной интонацией. Но необычный стиль придает им внутреннюю напряженность. В своих произведениях поэт оживляет легендарные мотивы, творит фантастические превращения, многие из которых автор почерпнул, путешествуя по Африке. Подчас Гумилев стремится передать общее трагическое состояние мира:
Пусть смерть приходит, я зову любую.
Я с нею буду драться до конца...
В сборнике “Жемчуга” Николай Гумилев высказывает свое уважение к деяниям таких выдающихся путешественников, как Джеймс Кук, Жан Франсуа Лаперуз, Васко да Гама. Небольшой цикл “Капитаны” рожден тем же стремлением к неизведанному, тем же преклонением перед подвигом:
Ни один пред грозой не трепещет,
Ни один не свернет паруса.
С именами великих путешественников входит в цикл “Капитаны” поэзия великих открытий, несгибаемой силы духа всех, “кто дерзает, кто хочет, кто ищет”.
В сборниках “Костер” и “Огненный столп” автор прикасается к миру таинственного, непознаваемого. Ему близки образы звезд, неба, планет. При некоторой “космичности” действий в произведениях поэт выражал взгляды на вполне земные процессы. И все-таки вряд ли можно, говорить о поэзии Гумилева как о поэзии реалистичной. Он сохранил романтическую исключительность, причудливость душевных процессов. Но именно таким бесконечно дорого нам слово Мастера.
Источник: http://www.litra.ru/
Тем временем:
...
3 февраля 1915
Париж
ГА3ЕТЫ
Я пробегаю жадным взглядом
Вестей горючих письмена,
Чтоб душу, влажную от сна,
С утра ожечь ползучим ядом.
В строках кровавого листа
Кишат смертельные трихины,
Проникновенно лезвиины,
Неистребимы, как мечта.
Бродила мщенья, дрожжи гнева,
Вникают в мысль, гниют в сердцах,
Туманят дух, цветут в бойцах
Огнями дьявольского сева.
Ложь заволакивает мозг
Тягучей дремой хлороформа
И зыбкой полуправды форма
Течет и лепится, как воск.
И, гнилостной пронизан дрожью,
Томлюсь и чувствую в тиши,
Как, обезболенному ложью,
Мне вырезают часть души.
Hе знать, не слышать и не видеть...
Застыть, как соль... уйти в снега...
Дозволь не разлюбить врага
И брата не возненавидеть!
12 мая 1915
Париж
ДРУГУ
"А я, таинственный певец,
На берег выброшен волною..."
Арион
Мы, столь различные душою,
Единый пламень берегли
И братски связаны тоскою
Одних камней, одной земли.
Одни сверкали нам вдали
Созвездий пламенные диски;
И где бы ни скитались мы,
Но сердцу безысходно близки
Феодосийские холмы.
Нас тусклый плен земной тюрьмы
И рдяный угль творящей правды
Привел к могильникам Ардавды,
И там, вверяясь бытию,
Снастили мы одну ладью;
И, зорко испытуя дали
И бег волнистых облаков,
Крылатый парус напрягали
У Киммерийских берегов.
Но ясновидящая сила
Хранила мой беспечный век:
Во сне меня волною смыло
И тихо вынесло на брег.
А ты, пловец, с душой бессонной
От сновидений и молитв,
Ушел в круговороты битв
Из мастерской уединенной.
И здесь, у чуждых берегов,
В молчаньи ночи одинокой
Я слышу звук твоих шагов,
Неуловимый и далекий.
Я буду волить и молить,
Чтобы тебя в кипеньи битвы
Могли, как облаком, прикрыть
Неотвратимые молитвы.
Да оградит теб..
ресурс Гумилев Николай Степанович
