 |
Конечно, город кишел американцами, но это уж было неизбежно. И Флер его радовала: она совсем успокоилась после этой неприятной истории с Фер..
Ей нужно заниматься, а не думать о развлечениях. Но я хочу быть уверен, что возле нее находится человек, который поможет ей в трудную минуту, если такая наступит...
Запротоколили и Петра Петровича за компанию. Просидели оба в участке до полдня - и вышли оттуда друзьями неразлучными...
Смотрите также:
Анна Гумилева. Н. Гумилев. Воспоминания
Николай Гумилев. Краткая литературно-биографическая хроника
Д. Г. Корнеев. Николай Гумилев. Жизнь и творчество
Поэтический мир Н. С. Гумилева
Мои размышления над творчеством Н. Гумилева
Вы читаете «Дочери Каина», страница 1 (прочитано 0%)
(из сборника новелл "Тень от пальмы") Н.Гумилев
Это было в золотые годы рыцарства, когда веселый король Ричард Львиное
Сердце в сопровождении четырехсот баронов и бесчисленного количества ратных
людей переправился в Святую Землю, чтобы освободить гроб Господень и
заслужить благосклонность прекрасных дам. Как истинный рыцарь, он прямо шел
на врага, но, как мудрый полководец, высылал вперед разведчиков. И во время
трудного перехода через горы Ливана для этого был выбран сэр Джемс
Стоунгемптон, воин молодой, но уже знаменитый, красотой и веселостью
уступавший разве только самому Ричарду. Когда ему сообщили королевский
приказ, он проигрывал последний из своих замков длинному и алчному темплиеру
и был рад под удобным предлогом отказаться от невыгодной игры. Быстро
вскочил он на уже оседланного коня, выслушал последние указания и галопом
помчался по узкой тропинке, оставляя за собой медленно двигающееся войско.
Прекрасна для смелого сердца дорога над пропастями. От мерного звона
копыт срываются камни и летят в пустоту, а путнику кажется, что вот-вот
оборвется и он, и сладко будет его падение. На соседних вершинах хмурится
густой кустарник: наверно странные звери скрываются там. Охваченные
головокружением, бешеные скатываются водопады. Все стремиться вниз, как
будто в глубинах земли изумрудные гроты и опаловые галереи, где живет
неведомое счастье.
Сэр Джемс скакал, напевая, и веселая улыбка скользила по его юношеским
красивым губам. Не всякому достается великая честь быть передовым, и не всех
ожидают в старом замке над Северным морем стройные невесты с глазами чистыми
и серыми, как сталь меча. Да и не у всякого могучее сердце и могучие руки.
Сэр Джемс знал, что очень многие завидуют ему.
Вечерело, и сырые туманы выходили из пещер, чтобы побороться с
неуклонно стремящимся к западу солнцем. От низких жирных папоротников
поднимался тяжелый запах, как в подземельи, где потаенно творятся недобрые
дела. Чудилось, что все первобытные и дикие чары ожили вновь и угрюмо
выслеживают одинокого путника. Вспоминались страшные рассказы о чудовищах,
еще населяющих эти загадочные горы.
Конь под сэром Джемсом храпел тяжело и быстро, каждый шаг его был ужас,
и но его атласисто-белой шкуре темнели пятна холодного пота. Но вдруг он
застыл на мгновение, судорожная дрожь пробежала по стройному телу и ,
заржав, закричав почти как смертельно раненый человек, он бросился вперед,
не разбирая дороги. А позади сэр Джемс услышал мягкие и грузные прыжки,
тяжелое сопенье и, обернувшись, увидел точно громадный живой утес, обросший
рыжей свалявшейся шерстью, который гнался за ним уверенно и зловеще. Это был
пещерный медведь, может быть последний потомок владык первобытного мира,
заключивший в себе всю неистовую злобу погибшей расы.
Тем временем:
...
Парень сбросил башмаки и комбинезон, снял рубашку, пошел сначала вброд,
потом поплыл прямо к противоположному берегу, так чтобы течение отнесло его
вниз к ялику, взял ялик и стал выгребать назад, пристально вглядываясь в то
место, где тяжело провис перемет, у середины которого лениво колыхалась
вода, взбаламученная каким-то подводным движением. Он подвел ялик к
старшему, который как раз в эту минуту заметил, что глухонемой опять стоит
позади него, прерывисто и натужно скуля и пытаясь забраться в ялик.
- Не лезь! - сказал старший, отталкивая его назад. - Не лезь, Джо!
- Скорей, - крикнул парень, когда прямо у него на глазах возле
провисшей бечевки что-то медленно поднялось на поверхность, а потом снова
ушло под воду. - Там что-то есть, черт побери! И впрямь громадное, с
человека!
Старший спустился в ялик и, держась за бечевку, стал руками
перетягивать его вдоль перемета.
Вдруг с берега позади них раздался какой-то вполне членораздельный
звук. Это кричал глухонемой.
II
- Дознание? - спросил Стивенс.
- Лонни Гриннап. - Коронером был старый сельский врач. - Сегодня утром
его нашли два парня. Он утонул на собственном перемете.
- Не может быть! - воскликнул Стивенс. - Дурень несчастный. Я приеду.
Как окружной прокурор, он не имел к этому делу ни малейшего отношения,
даже если бы речь шла не о несчастном случае. Он и сам это знал. Он хотел
увидеть лицо покойника по причине чисто сентиментального свойства. Нынешний
округ Йокнапатофа был основан не одним пионером, а сразу тремя{1}. Все трое
приехали верхом из Каролины через Камберлендский перевал, когда на месте
Джефферсона был еще лагерь правительственного чиновника по делам племени
чикасо, купили у индейцев землю, обзавелись семьями, разбогатели и сгинули,
так что теперь, сто лет спустя, во всем округе, основанном с их участием,
остался лишь один представитель всех трех фамилий...
ресурс Гумилев Николай Степанович
