 |
Смуглое лицо было затемнено сумерками, глаза горели и сверкали, подчеркивая возбуждение. Раз он пустился бежать, но внезапно сник до небрежной медленной раскачки...
- Если наша информация по Грау верна, то это неплохо. Я вижу, он еще мастер карате и дзюдо?..
Паблито, Нестор и я прыгнули с вершины в бездну. В течение нескольких лет после этого я думал, что только моего полного доверия к дону Хуану и дону Хенаро было достаточно для..
Смотрите также:
Большая советская энциклопедия
Анна Гумилева. Н. Гумилев. Воспоминания
Вера Лукницкая. Николай Гумилев
Чем мне близка любовная лирика Н. С. Гумилева
Тема поэта и поэзии в лирике Н. Гумилева
Глеб Струве. Жизнь и личность (1886 - 1921)
Мой любимый поэт серебряного века
Вы читаете «Жемчуга», страница 1 (прочитано 0%)
«Дочери Каина», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
65. ВОЛШЕБНАЯ СКРИПКА
Валерию Брюсову
Милый мальчик, ты так весел, так светла твоя улыбка,
Не проси об этом счастье, отравляющем миры,
Ты не знаешь, ты не знаешь, что такое эта скрипка,
Что такое темный ужас начинателя игры!
Тот, кто взял ее однажды в повелительные руки,
У того исчез навеки безмятежный свет очей,
Духи ада любят слушать эти царственные звуки,
Бродят бешеные волки по дороге скрипачей.
Надо вечно петь и плакать этим струнам, звонким струнам,
Вечно должен биться, виться обезумевший смычок,
И под солнцем, и под вьюгой; под белеющим буруном,
И когда пылает запад и когда горит восток.
Ты устанешь и замедлишь, и на миг прервется пенье,
И уж ты не сможешь крикнуть, шевельнуться и вздохнуть, -
Тотчас бешеные волки в кровожадном исступленьи
В горло вцепятся зубами, встанут лапами на грудь.
Ты поймешь тогда, как злобно насмеялось все, что пело,
В очи, глянет запоздалый, но властительный испуг.
И тоскливый смертный холод обовьет, как тканью, тело,
И невеста зарыдает, и задумается друг.
Мальчик, дальше! Здесь не встретишь ни веселья, ни сокровищ!
Но я вижу - ты смеешься, эти взоры - два луча.
На, владей волшебной скрипкой, посмотри в глаза чудовищ
И погибни славной смертью, страшной смертью скрипача!
66. ПОТОМКИ КАИНА
Он не солгал нам, дух печально-строгий,
Принявший имя утренней звезды,
Когда сказал: "Не бойтесь вышней мзды,
- Вкусите плод и будете, как боги".
Для юношей открылись все дороги,
Для старцев - все запретные труды,
Для девушек - янтарные плоды
И белые, как снег, единороги.
Но почему мы клонимся без сил,
Нам кажется, что Кто-то нас забыл,
Нам ясен ужас древнего соблазна,
Когда случайно чья-нибудь рука
Две жердочки, две травки, два древка
Соединит на миг крестообразно?
67. КАМЕНЬ
А. И. Гумилевой
Взгляни, как злобно смотрит камень,
В нем щели странно глубоки,
Под мхом мерцает скрытый пламень;
Не думай, то не светляки!
Давно угрюмые друиды,
Сибиллы хмурых королей,
Отмстить какие-то обиды
Его призвали из морей.
Он вышел черный, вышел страшный,
И вот лежит на берегу,
А по ночам ломает башни
И мстит случайному врагу.
Летит пустынными полями,
За куст приляжет, подождет,
Сверкнет огнистыми щелями
И снова бросится вперед.
Тем временем:
..... Он подождал, не желая портить
Дортмундеру удовольствие, но когда тот, наконец, пошел вдоль тротуара, Келп
включил мотор и медленно поехал за ним. Отличная машина -- черный "кадиллак"
со шторками на боковых окнах, кондиционером, автоматической коробкой
передач, специальным устройством для опускания дальних фар при оживленном
ночном движении и еще массой всяческих штучек. Келп предпочитал приехать в
Нью-Йорк на машине, а не в поезде, поэтому отправился предыдущей ночью на
поиски. Подходящий автомобиль он приглядел на Восточной Шестьдесят седьмой
улице. Судя по номеру "МД", машина принадлежала врачу; Келп любил медиков,
потому что они вечно оставляли ключи в машине. И на этот раз благородная
профессия его не разочаровала. Сейчас на машине стоял, разумеется, совсем
другой номер -- государство не зря четыре года обучало Келла мастеровитости.
Тихонько урчал двигатель, шуршали по грязному асфальту шины, а Келп думал об
удивлении и радости, которые Дортмундер испытает При виде друга. Он уже
собирался подать ему знак клаксоном, когда Дортмундер внезапно повернулся,
посмотрел на черную, молчаливую, с задернутыми занавесками машину, мрачно
следовавшую за ним и, охваченный паникой, внезапно помчался, как заяц, вдоль
стены тюрьмы. На щитке приборов; около дверцы, были четыре кнопки,
управляющие четырьмя боковыми окнами "кадиллака". Келп на свою беду вечно
путал, какая кнопка какому окну соответствует. Он нажал на одну из них, и
скользнуло вниз заднее стекло.
-- Дортмундер! -- закричал он, нажимая на акселератор. " Кадиллак"
сделал рывок вперед и стал зигзагами приближаться к Дортмундеру, в то время
как Келп безуспешно старался обнаружить нужную ему кнопку. Опустилось левое
стекло, и он опять позвал Дортмундера, но тот его не услышал. Келп ткнул в
другую кнопку, и заднее стекло поднялось. "Кадиллак" стукнулся о край
тротуара и немного заехал на него, потом повернул прямо на Дортмундера,
который прижался спиной к стене, расставил руки и безумно завизжал. В
последнюю секунду Келп надавил на педаль тормоза...
ресурс Гумилев Николай Степанович
