 |
нстанции, - и чудо, сотворенное иконой Агнесы: священник, отец Павлин, мучимый плотскими страстями, по совету папы подает иконе кольцо с изумрудом, а та протянула палец, взяла..
Желаю тебе успеха в жизни, сын мой. Ты меня поразил. -- А вы меня нет. Вы ведь гонщик, правда? -- Откуда ты знаешь?..
Из упомянутых строф известно, что ревность была возбуждена этими документами, что была сделана попытка при содействии врачей объявить его безумным и преступник..
Смотрите также:
Николай Гумилев. Краткая литературно-биографическая хроника
Вера Лукницкая. Николай Гумилев
Жизнь и творчество Николая Гумилева
Д. Г. Корнеев. Николай Гумилев. Жизнь и творчество
Мой любимый поэт серебряного века
Особенности мировосприятия Н. Гумилева
Поэтический мир Н. С. Гумилева
«Путь конквистадоров» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 12) Также вы можете получить: |
Тем временем:
...
Это было место на стене. Самое обыкновенное на невнимательный взгляд.
Немного ниже и наискось того места, где, в черной раме, висела гравюра,
Мона Лиза. Между двух стульев. Узор обоев ничем, по-видимому, не отличался.
Но было какое-то странное и значительное выражение в этих зеленоватых
странных цветах.
И когда Пусторослев долго всматривался в узор, ему вдруг начинало
казаться, что это место на стене чем-то обведено, словно за ним скрывается
тайная дверь.
Лежал, закрыв глаза. От лампы на столе поодаль падали неподвижные
пятна света на тонкое лицо. Услышал легкие шаги. Маленький посетитель
подошел, всматривался в чего-то ждал. И в этом ожидающем стоянии
неизвестного посетителя было что-то жуткое, тоскливое, вынуждающее к
чему-то.
"Что-то надо сказать или сделать", - подумал Пусторослев.
Он слегка приоткрыл глаза, - и замер от жуткого и сладкого ужаса.
Перед ним стоял мальчик, лет десяти на вид, весь белый, тонкий и сияющий.
На бледном, точно неживом лице жутко мерцали черные, страшно глубокие
глаза. Одежда странного покроя, вся , белая, открывала тонкую, длинную шею,
и открыты были выше колен стройные, тонкие ноги. И весь он был спокойный и
словно неживой, я только черные на бледном лице глаза жили и настойчиво
вопрошали.
Миг один длилось видение, - и скрылось. Пусторослев открыл глаза,
быстро встал, двинулся к мальчику, протянул руки, - но мальчика уже не
было.
- Милый! кто же ты? где же ты? - воскликнул Пусторослев. Стало тихо.
Ожиданием была растворена тишина. И вдруг, - тихий, сладкий и звонкий
раздался смех. Пронесся в зыбкой тишине, - и замер. И Пусторослев вдруг
почувствовал, что он остался один. Один! Никогда еще с такою
значительностью не представало пред ним это столь страшное, столь великое,
столь не понятое людьми слово...
ресурс Гумилев Николай Степанович
