 |
Не подымаясь с земли, я вынул свои пистолеты, два из подмышек, третий -- не помню откуда, и из всех трех разом выстрелил во в..
Как и всегда в этих захолустных местах, мне пришлась все решать самому. Меня несколько смущало, должен сознаться, поручить охрану этого дома, каким ..
-- Тело человека -- все обитает в этом мире, и только глаза его -- суть колодцы, проникающие с поверхности этого мира в тот мир, где их души...
Смотрите также:
Вера Лукницкая. Николай Гумилев
Николай Гумилев. Краткая литературно-биографическая хроника
Анна Гумилева. Н. Гумилев. Воспоминания
Большая советская энциклопедия
Чем мне близка любовная лирика Н. С. Гумилева
Глеб Струве. Жизнь и личность (1886 - 1921)
«Высокое косноязычье...» (о поэзии Н. Гумилева)
Поэтический мир Н. С. Гумилева
«Гондла» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 18) Также вы можете получить: |
Тем временем:
... Однако так называемые «сердобольные» подняли хай, и внедрение новшества было отложено на несколько лет. Но теперь, наконец, проект запущен, и Уордмэну обещано пять лет полной свободы действий, чтобы провести испытания, руководить которыми он должен был самолично.
– Если моя уверенность в отменном результате оправдается, – сказал Уордмэн, – то все государственные тюрьмы перейдут на такой режим охраны.
Сторож исключал всякую возможность побега, позволял легко по давить любой мятеж (достаточно было на минуту другую отключить передатчик) и превращал работу часовых в легкое и приятное времяпрепровождение.
– По сути дела, у нас тут даже нет охранников как таковых, – под черкнул Уордмэн. – Здесь нужен только обслуживающий персонал: столовая, лазарет и так далее.
В новой тюрьме сидели не простые уголовники, а лишь государственные преступники.
– Можно сказать, – с ухмылочкой объяснил Уордмэн, – что мы собрали под своим крылышком всю непримиримую оппозицию.
– Иными словами, это политзаключенные, – вставил репортер.
– Нам не нравится это выражение, – ответил Уордмэн, и в его голос закрались ледяные нотки. – Слишком уж по коммунистически оно звучит.
Репортер извинился за оговорку и поспешил закончить интервью. Уордмэн снова подобрел и проводил гостя до выхода.
– Видите, – сказал он. – Никаких вам стен или вышек с пулеметами. Наконец то у нас есть тюрьма, отвечающая требованиям времени.
Репортер еще раз поблагодарил тюремщика и зашагал к машине. Дождавшись его отъезда, Уордмэн отправился в лазарет проведать Ревелла. Но тому уже вкатили укол, и теперь поэт крепко спал.
Ревелл лежал на спине, пялился в потолок и повторял про себя: "Я не думал, что будет так погано. Я не думал, что будет так погано". Он мысленно взял здоровенную кисть и начертал черной краской на безупречно белом потолке: "Я не думал, что будет так погано".
– Ревелл.
Поэт слегка повернул голову и увидел стоявшего возле койки Уордмэна. Он смотрел на тюремщика так, словно не узнавал его.
– Мне сообщили, что вы проснулись, – сказал Уордмэн.
Ревелл молчал.
– Когда вы поступили сюда, я попытался дать вам понять, что бежать бессмысленно, – напомнил ему тюремщик...
ресурс Гумилев Николай Степанович
