 |
а к немецкому другу" именно под этим углом зрения, то есть как документальный рассказ о борьбе против насилия, признает, что сегодня я с полным правом мо..
Слышны обрывки фраз: "А он мне говорит", "А я ему говорю". Потом некоторое время прохожих нет, и девушка, припудрив нос, уже собирается уйти, как вдруг слева..
На каменных стенах сохранились выцветшие фрески, в основном изображающие батальные сцены. На крюках висело старинное оружие, покрытые пятнами ржавчины мечи и сабли, огромные..
Смотрите также:
Большая советская энциклопедия
Вера Лукницкая. Николай Гумилев
Мой любимый поэт серебряного века
Лирический герой Н. С. Гумилева
Интерпретация поэтического текста. Гумилёв «Жираф»
Особенности мировосприятия Н. Гумилева
Глеб Струве. Жизнь и личность (1886 - 1921)
Вы читаете «Охота на носорога», страница 1 (прочитано 0%)
«Романтические цветы», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дон Жуан в Египте», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Пьеса в двух действиях из доисторической жизни
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Элаи, вождь племени.
Тремограст, молодой мужчина.
1-й мужчина.
2-й мужчина.
Старуха.
Аха, Элу молодые женщины.
Племя.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Лесная поляна. Узловатые лапчатые деревья, сквозь которые просвечивает желтый закат. Под деревьями трава примята. Посередине поляны большая яма с набросанной вокруг свежей землей. На одной из средних ветвей сидит спящий Элаи. Аха и Элу ползают по земле, выкапывая коренья.
Элу. Тремограста черный скорпион укусил.
Аха. Тремограст скорпиона раздавил. Я видела.
Элу. Корешков здесь больше нет.
Аха. Мои корешки. Не подходи.
Элу. Тремограста взбесившийся шакал укусил.
Аха. Шакал к реке убежал. Я слышала.
Элу. Тремограст яму копает.
Аха. Медведь яму копает. Крыса яму копает. Человеку яма зачем?
Элу. Тремограст медведя убил. Много крыс убил.
Аха. Тремограст длиннорукий охотник.
Входит старуха.
Старуха. Мне ваши корешки.
Элу. Я не нашла.
Аха. Я съела.
Старуха (гоняясь за ними). Белые мухи, змеиные жены, гнилые лужи, мне корешки.
Аха и Элу. Нет! Нет!
Старуха (останавливаясь над ямой). Земля рот открыла. Земля, кого хочешь съесть? Хочешь Элу? Хочешь Аха?
Те вскрикивают от страха.
Элу, корешки давай!
Элу отрицательно мотает головой.
Земля хочет Элу.
Элу закрывает голову руками.
Земля хватает Элу. (Тащит ее за колено к яме.) Земля ест Элу. (Спихивает ее в яму.) Кого еще хочешь, земля? Хочешь Аха?
Аха. Мои корешки вот.
Старуха. Ночью со мной ложишься. Ноги греешь.
Аха. Да, да.
Старуха. У луны большие рога выросли. Ноги плохо греешь — луна бодает.
Аха. Нет, нет.
За сценой слышны крики.
Тремограст опять мужчин бьет.
Старуха. Не уходи. Корешков мне накопай.
Аха. Боюсь.
Входят двое мужчин с палками; за ними Тремограст, колотя их дубиной.
Тремограст. Копайте яму. Копайте яму.
1-й мужчина. Мы голодны.
Тремограст.
Тем временем:
... Смутно
догадывался он, что Федор хочет уехать за Дон к большевикам, туда, откуда
каждую зорю плывет и волнами плещется над станицей глухой орудийный гул.
Спросил Федор, отводя глаза в сторону:
- Ты не знаешь, Митяй, конюшня заперта?
- Запертая... А на что тебе?
- Надо, значит.- Помолчал Федор, посвистал сквозь зубы и неожиданно
зашептал: - Ключи от конюшни у отца под подушкой... в головах... выкрадь
их... я хочу ехать...
- Куда?
- В Красную гвардию служить... Мал ты еще, после поймешь, на чьей
стороне правда живет... Ну так вот, еду я воевать за землю, за бедный народ
и за то, чтоб все равные были, чтоб не было ни богатых, ни бедных, а все
равные.
Выпустил Федор из рук Митькину голову, спросил строго:
- Возьмешь ключи?
Ответил Митька не колеблясь:
- Возьму,- повернулся к Федору спиной и, не оглядываясь, пошел в хату.
В горнице полутемно, тягучее жужжание засыпающих на потолке мух. У
дверей скинул Митька башмачишки, приподымая за ручку (чтобы не скрипнула),
отворил дверь и мягко зашлепал босыми ногами к кровати.
Головой к окну навзничь лежит отец, одна рука в кармане, другая
свесилась с кровати, ноготь, большой, обкуренный, в половицу упирается.
Затаив дыхание, подошел Митька к кровати, остановился, прислушиваясь к
булькающему храпу отца. Тишина, густая и недвижная... У отца на рыжей бороде
хлебные крошки и яичная скорлупа, из раззявленного рта стервятно разит
спиртом, а где-то на донышке горла хрипит и рвется наружу застрявший кашель.
Протянул Митька руку к подушке, а у самого сердце, не останавливаясь:
тук-тук-тук-тук...
И кровь, приливая к голове, звенит в ушах колючим трезвоном...
ресурс Гумилев Николай Степанович
